вторник, 23 декабря 2014 г.

Сон в красном тереме / Hong lou meng (1987)

  Надо быть самым последним безумцем, чтоб пытаться в рамках тематики блога (вышивка + кино) пересказать один из четырех китайских  классических романов "Сон в красном тереме". Если быть кратким, совсем кратким - это многоплановое повествование об упадке двух ветвей семейства Цзя (Дом Жунго и Дом Нинго), на фоне которого - помимо трёх поколений семейства - проходит бесчисленное множество их сродников и домочадцев. Да что там! Одних только главных героев около сорока, а число второстепенных и вовсе приближается к пяти сотням. В общем, жизнь - полная чаша: дворцы, серебро-золото, слуги и служанки, и служанки служанок служанок…
   И естественно, что женские персонажи, коих в повествовании изрядное большинство, в соответствии с конфуцианской моралью отменные рукодельницы.
   Цзя Баоюй игриво отвлекает от вышивки Сюэ Баочай. Сюэ Баочай - идеальная китайская жена для того времени, умна, образована, знания не выпячивает, рукодельна. Потому и родственники главной ветви семьи предполагают её в жены своему единственному наследнику Цзя Баоюю.




   В Доме Жунго переполох в ожидании визита Цзя Юаньчунь, старшей сестры Цзя Баоюя, возвысившейся до статуса наложницы императора. Украшение сада и дома в соответствии со статусом великой гостьи в самом разгаре. Вышитые занавеси - непременный атрибут декора.



Равно как и богато украшенные шелковой вышивкой парадные платья самой гостьи и встречающих её членов семьи.


  Прием прошел на высшем уровне, Дом Жунго вернулся к привычной жизни. Не забываем, что девушек в поместье чуть больше, чем дофига, и в свободное время они вышивают-вышивают-вышивают. Вышивки, безусловно, все символичны.


  Вышивка как повод позаигрывать с молодым хозяином. Впрочем, Цзя Баоюй, с детства избалованный женским вниманием, и сам не прочь повеселиться с девочками.


  Линь Дайюй, младшая кузина Цзя Баоюя, натура творческая и чувствительная, полная противоположность прагматичной Сюэ Баочай.  И такой же чувствительный и способный к состраданию Баоюй вопреки чаяниям старших родственников испытывает привязанность и определенные чувства именно к Линь Дайюй. В общем, эта парочка настолько воздушная и волшебная в своей чувствительности, что со слезами на глазах в вышитых шелковых мешочках хоронят опавшие лепестки вишен, чтобы те не запачкались. Что уж тут удивляться падению семьи. Огромное имение требует управления, а не стихов с соплями).


  Девушки снова вышивают. И место не имеет значения.Это могут быть и покои в доме, и внутренний дворик. Вот только как ведут себя в этом случае шелковые нити на ярком солнце - не понятно.


  Линь Дайюй и Сюэ Баочай в полном своем проявлении. Одна загадывает поэтические загадки, другая  - вышивает. Одно другому не помеха, можно умом блистать и при занятии рукоделием.


И снова вышивают. Без конца вышивают). Некоторые безумно и безнадежно влюбленные в Баоюя, даже не на секунду не отходят от его покоев, охраняя заодно и трепетный сон молодого хозяина.


Однако и тут Сюэ Баочай перехватывает инициативу, и продолжает вышивку, предназначенную для Баоюя его преданной служанкой Сижэнь.


Юаньян, любимая служанка старой госпожи Цзя, девушка умная, расторопная, услужливая и рукодельная


  внезапно приглянулась старшему господину Цзя Шэ, который возжелал её себе в наложницы. Главная супруга Цзя Шэ госпожа Син решила поспособствовать мужу в этом деле и всякими благами соблазняет Юаньян, заодно и показывает вое расположение, отмечая искусное рукоделие.


  Так, что у нас тут. Ах, молодой господин повредил парадную плащ-накидку с вышивкой павлиньими перьями. Ну не беда, всегда найдется кто-нибудь, что будет ночь напролет ломать глаза и прокалывать пальцы, лишь бы получить одобрение. Как например, практически смертельно больная служанка Цинвэнь. Она дерзка, не столь предана своему господину, как Сижэнь, но именно ей суждено будет попасть "под раздачу" матушке Баоюя.


Ай-яй-яй, снова вместо ножниц идут в ход зубы ))


Вышивают, конечно же вышивают)). Что в компании Цзя Баоюя ...



что без него ...



Фух! Конэц!